ГАЛЕРЕЯ РУССКОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ СЛАВЫ
ГАЛЕРЕЯ РУССКОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ СЛАВЫ

БУЛАЦЕЛЬ Павел Федорович

БУЛАЦЕЛЬ Павел Федорович (29.06.1867- 02.02.1919) – юрист, присяжный поверенный, публицист и общественный деятель, член Русского собрания, один из основателей и член Главного Совета Союза Русского Народа (СРН), редактор газеты «Русское знамя» (1906-1907 гг.) и «Российский гражданин» (1914-1916 гг.).
Родился в имении Малая Николаевка Славяносербского уезда Екатеринославской губернии. Принадлежал к довольно известному и богатому роду (более 30 тыс. десятин земли в Екатеринославской и Черниговской губ.). Булацели — древний дворянский род, происходивший от знатного молдаванина Варлаама Булацеля, имевшего 2 сыновей: полковника Григория и генерал-майора Илью Варлаамовичей, потомки которых были записаны в родословные книги Харьковской, Херсонской и Екатеринославской губ.
Дочь Ильи Варламовича, Мария Ильинишна, была с 1868 в морганатическом браке с Его Высочеством принцем Николаем Петровичем Ольденбургским и получила титул графини Остенбургской. Булацели находились в родстве со знатными малороссийскими семействами Горленко и Апостол, которые дали России святителя Иоасафа Белгородского. Дед Павла Федоровича Афанасий Булацель был полковником л.-гв. Кавалергардского полка, отец Федор Афанасьевич Славяносербским уездным предводителем дворянства. Булацель окончил элитное Училище правоведения. Затем служил присяжным поверенным в Прибалтийском крае, где имел лучшую практику. В 1900—1903 он сотрудничал в газетах «Свет», «Юридическая газета» и «Россия». К этому времени Булацель был уже известен не только как адвокат, но и как ученый, автор труда «Самоубийство с древнейших времен до наших дней». Книга была запрещена духовной цензурой и предназначена к сожжению, от чего ее спас обер-прокурор Св. Синода К. П. Победоносцев. Булацель и его жена Эльза Августовна с 1904 были действительными членами Русского Собрания (PC), а с 1908 и по 1917 Булацель постоянно избирался членом Совета PC. Часто выступал с докладами в PC. Наиболее заметные из них: [О деятельности министерства иностранных дел] (к. 1905); «Язык и нравы: о том, как разные инородцы коверкают русский язык» (26 нояб. 1910); «Язвы европейского обновленного строя» (12 марта 1910) и «Деятельность и характеристика К. П. Победоносцева» (9 марта 1912). Наибольшую известность Булацель получил как активист и один из организаторов СРН. В 1905—1907 он был членом Главного Совета СРН, ближайшим сподвижником А. И. Дубровина. Изображен как один из главных учредителей СРН на картине «Дни отмщения постигоша нас... покаемся, да не истребит нас Господь». В составе депутации Союза 23 дек. 1905 был на Высочайшем приеме, где обратился к Государю с речью. Говоря о значении Самодержавия, призывал Императора опереться на СРН: «Как дневной свет ненавистен кротам, так Самодержавие ненавистно врагам России. Оно их обессиливает, а потому раздражает. Они понимают, что доколе будет существовать Самодержавие, дотоле Россия не распадется... Не верьте, Государь, тому, кого выдвигают масоны и кто опирается только на инородцев... Обопритесь на русских людей, и врата ада не одолеют Русского Государя, окруженного своим народом». Приблизительно в это же время А. И. Дубровин, А. А. Майков и Булацель были приняты вел. кн. Николаем Николаевичем и изложили ему «опасное положение России под управлением Витте, который, побуждаемый жидами, ведет к революции и распадению России». Наряду с А. С. Шмаковым и Г. Г. Замысловским был главным защитником монархистов в судах (в частности, защищал Н. М. Юскевича-Красковского). Участвовал в деятельности монархических съездов, его доклад на 4-м Всероссийском съезде Русских Людей в Москве 26 апр. — 1 мая 1907 (Всероссийский съезд Объединенного Русского Народа) на тему «Политическое воровство» произвел большой эффект. Участвовал он также в работе 1-го Всероссийского съезда представителей правой русской печати, который проходил в рамках 4-го съезда, где был избран членом правления Союза правой русской печати. Как председатель Екатеринославского отдела СРН участвовал в работе 6-го Всероссийского съезда Русских Людей в Санкт-Петербурге 19-23 февр. 1913.
Булацель активно сотрудничал в ведущей монархической газете — органе СРН «Русское знамя», в которой в 1906—1907 исполнял обязанности редактора, а в дальнейшем много писал для газеты, причем, безвозмездно. 26 мая 1909 в статье «Ответ моим клеветникам» сформулировал свое идейно-политическое кредо: «Я скорблю, болезненно мучаюсь, видя, что теперь какое-то скопище масонов заставляет раболепно пред собою преклоняться тех самых чиновников, которые пятнадцать лет тому назад беспрекословно подчинялись только воле Русского Государя. Я ненавижу всей душою торжество масонов». Булацель весьма пессимистично оценивал современную ситуацию: «Российская Империя, видимо, катится под гору. Все силы ада как будто в заговоре против России, но ни одна из стихийных сил не причинит русскому народу столько зла, сколько конституционно-масонский строй, если только он утвердится в России... Поэтому борьбу с конституционалистами нельзя называть иначе, как борьбою со злом». И пророчески предрекал: «Я глубоко убежден, что конституционно-парламентский строй неизбежно погубит Русское государство и приведет к всемирному краху христианской цивилизации». Булацель неоднократно подвергался цензурным гонениям. В июне 1909 петербургский градоначальник генерал-майор Д.В.Драчевский оштрафовал его на 3 тыс. руб. за статью «Цена русской жизни и жидовской крови». 28 июля 1909 в статье «Бюрократические козни против Союза Русского Народа» Булацель писал, что теперь «главная атака кадюко-жидовского лагеря» ведется не против правительства, а против Союза Русского Народа. Булацель считал, что атака на монархистов является частью общего наступления революции на монархию. Он предостерегал правительство: «Удар, наносимый Союзу при таких условиях, приобретает значение величайшего исторического события. Этим ударом хотят сокрушить самодержавную монархию».
В 1909 он был выдвинут кандидатом на довыборах в Государственную Думу по Петербургу. Листовка, распространявшаяся среди избирателей, давала такую характеристику Булацелю: «Стоит на своем патриотическом посту, как всероссийский часовой, и не дает мимо себя ни масонской сове пролететь, ни кадетскому зверю пробежать, ни конституционной гадюке проползти. Метко бьет нечистую силу его громовое слово. Кто под его перо попадет, тот с конем пропадет и тому даже союз с масонами и младотурками не поможет». Однако на довыборах победил левый кандидат. В 1909, по его собственному признанию, он «едва не умер от отравления» (Булацель подозревал в своей неожиданной болезни попытку покушения на него). 20 февр. 1911 выступал на торжественном собрании монархистов в связи с 50-летием освобождения крестьян. В своей речи призывал вождей монархического движения к единству: «Забудем дрязги, мелкие укоры самолюбия; прочь местничество и горделивое мечтанье, и будем брать пример с простого русского народа, который тепло и свято сумел в предании сохранить, как люди в старину, даже при крепостном праве, когда-то умели верить и любить». В 1908 и в 1912 он издал 2 тома своих статей, докладов и речей под символичным названием «Борьба за правду». В предисловии к первому тому Булацель, называя себя «русским националистом», с гордостью заявлял, что «ни на шаг не отклонялся от главной идеи, которая мною руководила в общественной и политической деятельности: беспощадная борьба со злом».
Помимо членства в PC и СРН (он состоял почетным членом Петербургского, Екатеринославского, Тульского, Пермского и Киевского отделов СРН) Булацель был также членом созданного В. М. Пуршикевичем Русского Народного Союза им. Михаила Архангела (РНСМА). 25 янв. 1912 на открытом заседании Главной Палаты РНСМА выступал в защиту еп. Термогена (Долганова), высланного в Жировецкий монастырь. Член Всероссийского Филаретовского общества народного образования.
В к. 1915 учредил журнал «Российский гражданин», на страницах которого повел борьбу против ставшего модным англофильства, стал обличать английское проникновение в Россию, масштабы которого, по его мнению, могли привести страну к превращению в английскую колонию. Булацель считал Англию главной виновницей развязывания войны, полагая, что война для Британии является выгодным громадным торговым предприятием. В июле 1916 английский премьер-министр Асквит произнес речь, в которой говорил о возможности привлечения к суду германского и австрийского императоров. В ответ в № 29 «Российского гражданина» Булацель опубликовал резкую статью, в которой писал: «Итак, Асквит обещает осуществить мечту масонов о международном трибунале из парламентских дельцов и адвокатов, которому будет отдан на суд сам венценосный глава Германской империи». Англичане, «продвинувшиеся за два года войны на своем фронте на несколько сот метров», вменяют России в обязанность «воевать не только до тех пор, пока наши упорные, храбрые и сильные враги — германцы признают себя сломленными и согласятся на почетный и выгодный для России мир, а до тех пор, пока царствующая в Германии династия Гогенцолернов не будет низложена русским штыком». Англичане сочли эту статью чуть ли не внешнеполитическим манифестом только что назначенного новым министром иностранных дел Б. В. Штюрмера, который имел репутацию германофила. Поднялся невероятный скандал. Британский посол заявил официальный протест. По требованию правительства Булацель вынужден был отправиться в английское посольство и принести послу извинения, а «Российский гражданин» был подвергнут предварительной цензуре. Булацель заявил, что им руководило не желание обидеть Англию, а опасения за будущее России.
Выступление Булацеля в защиту Вильгельма II как носителя монархического начала вызвало протест ряда правых деятелей англофильского направления. Киевский отдел СРН исключил его из числа почетных членов. Главная Палата РНСМА разослала циркулярное письмо, в котором потребовала от своих членов, разделяющих взгляды Булацеля, послать заявление о своем выбытии из состава Союза. В нем говорилось: «Главная Палата считает необходимым заявить, что она ничего общего с монархистами германофильского типа не имеет. Главная Палата представляет всем своим членам, состоящим в монархических союзах, разделяющих взгляды, высказанные г. Булацелем, послать заявление о своем выбытии из состава этих союзов...». Сам Булацель был исключен из РНСМА. Однако он не изменил своих взглядов и, когда цензура была снята, продолжил антианглийскую кампанию, возмущаясь тем, что газеты могут в самых грубых выражениях отзываться о российских министрах, но о речах английского премьера можно упоминать только с подобострастным восхвалением. В н. 1917 он даже заявил, что еврейские торговцы, оставляющие нажитые деньги в России, представляют меньшее зло в сравнении с английскими купцами.
Булацель принимал участие в работе Петроградского совещания (Совещание монархистов 21—23 нояб. 1915 в Петрограде), на котором выступал в прениях по вопросу о беженцах. Однако в состав Совета Монархических Съездов избран не был. На Нижегородское совещание (Всероссийское монархическое совещание в Нижнем Новгороде уполномоченных правых организаций 26—29 нояб. 1915) не поехал, но прислал свой доклад. В к. 1916 — н. 1917 некоторые видные деятели право-монархического движения пытались организовать съезд, на котором предполагалось избрать авторитетный Монархический Совет. Одним из кандидатов в состав Совета намечался Булацель. В это время по просьбе правых он занимался разработкой предложений по исправлению Основных Законов Российской Империи. Приезжавший в к. 1916 — н. 1917 в Петроград, Н. Н. Тихонович -Савицкий встречался с Булацелем и говорил с ним о его участии в работе по новой кодификации. 13 февр. 1917 Булацель писал лидеру астраханских монархистов, что вскоре после посещения его Тихановичем-Савицким заболел и 3 недели пролежал в постели. И теперь еще не оправился и не может работать, но все-таки послал несколько кратких замечаний на проект новых Основных Законов, составленный Тихановичем-Савицким еще в мае 1916 и присланный ему. Но вскоре в Петрограде начались беспорядки.
Февральский режим Булацель не принял, он отошел от политики и уехал в свое имение. После октябрьского переворота остался в России. 29 сент. 1918 он был арестован ЧК и объявлен заложником. Четыре с половиной месяца томился в тюрьме. Поскольку после революции он не принимал никакого участия в политике, его было не в чем обвинить, и в вину ему было поставлено то, что он «раньше работал в монархических организациях, являлся одним из основателей «Союза Русского Народа». Как адвокат выступал во всех процессах, в которых монархические деятели могли оказаться запятнанными». Хотя даже чекисты вынуждены были признать, что «во время революции о его деятельности ничего не известно». Булацель был расстрелян в Петрограде в праздник Сретения Господня (в этот же день чекисты расстреляли и Е. А. Полубояринову). Характерно, что постановление о расстреле единолично вынес заведующий контрреволюционным отделом Петроградской ЧК.

 

office@freytakandsons.com
+7 (495) 276-276-6